Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Был ли у пропавшей Анжелики Мельниковой доступ к спискам донативших НАУ и другой важной информации? Узнали у Павла Латушко
  2. У беларусов есть собственный русский язык? Вот чем он отличается от «основного» и что об этом говорят ученые
  3. Оказывается, в СИЗО на Володарского были вип-камеры. Рассказываем, кто в них сидел и в каких условиях
  4. Топ-5 первоапрельских розыгрышей, которые удались чересчур хорошо
  5. Узнали из непубличного документа, сколько медиков не хватает в Беларуси (и как чиновники научились скрывать эту цифру)
  6. Правительство вводит новшества в регулирование цен — что меняется для производителей и торговли
  7. Депутаты приняли налоговое новшество. Рассказываем, в чем оно заключается и кого касается
  8. Похоже, мы узнали реальную численность населения Беларуси. И она отличается от официальной статистики
  9. «Да, глупо получилось». Беларусы продолжают жаловаться в TikTok на трудности с обменом валюты
  10. В Кремле усилили риторику о «первопричинах войны»: чего там требуют от Трампа и что это будет означать для Украины — ISW
  11. Власти репрессируют своих же сторонников с пророссийскими взглядами. В чем причина? Спросили у политических аналитиков


В понедельник 25 апреля в здании Мингорсуда началось рассмотрение дела в отношении Марфы Рабковой, координатора волонтерской службы правозащитного центра «Весна», и еще девяти политзаключенных. Их обвиняют в создании и участии в «преступных группах».

Фото: spring96.org
Обвиняемые по делу анархисты и волонтеры. Фото: spring96.org

Кроме Марфы Рабковой, среди обвиняемых волонтер ПЦ «Весна» Андрей Чепюк и восемь активистов анархистского движения — Акихиро Гаевский-Ханадо, Александр Францкевич, Алексей Головко, Александр Козлянко, Павел Шпетный, Никита Дранец, Андрей Марач и Даниил Чуль, сообщает ПЦ «Весна».

Их обвиняют в создании и участии в анархистских группах «Революционное действие», «Народная самооборона», «Революцiйна дiя» с 2016 по 2020 годы. По информации правозащитников, дело насчитывает 160 томов.

Трех обвиняемых, в том числе Марфу, СК характеризует как «организаторов и руководителей ряда организованных преступных групп, имевших автономные ячейки в регионах Беларуси со своими лидерами».

Обвинения каждому предъявлены разные. В зависимости от роли фигурантам вменяется от двух до десяти статей УК:

  • ч. 1, 2 и 3 ст. 293 (Организация массовых беспорядков, — до 15 лет колонии);
  • ч. 1. ст. 342 (Организация групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок — до 4 лет лишения свободы);
  • ч. 3 ст. 361 (Призывы к действиям, направленным на причинение вреда национальной безопасности Республики Беларусь с использованием средств массовой информации или глобальной компьютерной сети интернет — до 12 лет лишения свободы);
  • ч. 1 и 3 ст. 361−1 (Создание экстремистского формирования и участие в нем — до 7 и 6 лет колонии);
  • ч. 1 и 2 ст. 285 (Создание преступной организации и участие в ней — до 12 лет лишения свободы);
  • ч. 1 ст. 130 (Разжигание иной социальной вражды или розни — до 5 лет колонии);
  • ч. 2 и 3 ст. 339 (Злостное хулиганство — до 10 лет лишения свободы);
  • ст. 341 (Осквернение сооружений и порча имущества — до 3 лет колонии);
  • ч. 3 ст. 218 (Умышленные уничтожение либо повреждение чужого имущества, совершенные организованной группой — до 12 лет лишения свободы);
  • ч. 2. ст. 295−3 (Незаконные действия в отношении предметов, поражающее действие которых основано на использовании горючих веществ, совершенные группой лиц — до 5 лет колонии).

Напомним, Марфа Рабкова находится в СИЗО с 17 сентября 2020 года. За это время у девушки существенно ухудшилось здоровье: она несколько раз переболела COVID-19, у нее постоянные боли в животе, воспалились лимфоузлы на шее, обнаружена жидкость в малом тазу и много очаговых образований и кист в щитовидной железе. К тому же, у правозащитницы продолжают разрушаться и крошиться зубы, но ей не разрешают посетить стоматолога.

В рамках своей правозащитной деятельности Марфа Рабкова и Андрей Чепюк вместе с волонтерами «Весны» наблюдали за проведением мирных собраний, активное участвовали в кампании независимого наблюдения «Правозащитники за свободные выборы», документировали свидетельств пыток и других жестоких видов обращения в отношении задержанных участников акций протеста, помогали родным политзаключенных.